Главная сайта

Библиотека Эзотерики, Оккультизма, Магии, Теософии, Кармы.
  Оглавление  

БИБЛИОТЕКА

Информация
Поиск:

Книги в библиотеке:

категория Астрология [38]

  ДЖОАННА ВУЛФОЛК [20]
    
категория Белая Магия, черная, практическая ... [87]

  Практическая магия Автор: Папюс [8]


категория Великие, известные Эзотерики: Лао Цзы, Мишель Нострадамус. [13]

  Бхагван Шри Раджниш (Ошо) [48]
    
  ВИГЬЯНА БХАЙРАВА TAHTPA, КНИГА ТАЙН [83]
    Эзотерические техники, приемы, методы от ОШО
  Карлос Кастанеда [63]
    
  Предсказательница Ванга [13]

категория Гипноз. Принципы, методы, техника. [19]

категория Деньги, успех, процветание. [38]

категория Дети - Индиго [29]

категория Карма [9]

категория Нетрадиционная медицина [82]

  Мазнев Н.И. Лечебник, Народные способы [36]
    
категория НЛП [34]

категория Нумерология [17]

категория Психология [66]
Имеется связь с разделом Эзотерические тренинги, психотехники, методы...
  Дейл Карнеги. [19]


категория Разное [113]
Некаталогизированные материалы по эзотерике
категория Теософия [30]

категория Эзотерика, Оккультизм [74]

  Александр Тагес - Омикрон [10]
    
  Астрал [30]
    
  Ментал [3]
    
  Семь тел, семь чакр. [11]
    
категория Эзотерические тренинги, психотехники, методы для изменения состояния сознания, тренировки, разгрузки и т.п.. [66]

Свежие материалы:

свежие материалы Анни Безант ПУТЬ К ПОСВЯЩЕНИЮ и СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЧЕЛОВЕКА
→ Подробнее
свежие материалы Заговоры алтайской целительницы на воду - Краснова Алевтина (заговоры защитные, обереги 4 часть)
→ Подробнее
свежие материалы Заговоры алтайской целительницы на воду - Краснова Алевтина (для любви, семьи, на удачу в жизни и в делах, для привлечения денег 3 часть)
→ Подробнее
свежие материалы Заговоры алтайской целительницы на воду - Краснова Алевтина (заговоры от болезней, для красоты. 2 часть)
→ Подробнее
свежие материалы Заговоры алтайской целительницы на воду - Краснова Алевтина (от болезней)
→ Подробнее

Популярные материалы:

популярная литература [более 29600 просмотров]
Заговоры, заклинания, знахарские рецепты и многое другое из Учебника Белой магии. → Подробнее
популярная литература [более 19600 просмотров]
Снять порчу, наговоры, заговоры 1часть → Подробнее
популярная литература [более 10800 просмотров]
Книга проклятий → Подробнее
популярная литература [более 9600 просмотров]
Сафронов Андрей - Энергия денег → Подробнее
популярная литература [более 9100 просмотров]
Практическая магия. Определение магии Папюс 1 глава → Подробнее

Другие разделы сайта:

Сонник - толкование снов
Рецепты народной медицины
Гадание онлайн
Гадание на картах Таро
Бесплатные гороскопы
Психологические тесты
Развивающие игры
Нумерология



ОШО - Новый ребенок 2часть

        Глава 5
ЛИЦО БОГА.
Возлюбленный Ошо,
Как можно сделать так, чтобы дети сохраняли свое настоящее лицо?

Настоящее лицо каждого ребенка — это лицо Бога. Конечно мой Бог не христианин, не индуист, не еврей. Мой Бог это даже не существо, это только присутствие. Это скорее не цветок, а лишь аромат. Вы можете почувст-вовать его. но вы не можете схватить его. Вы можете быть захвачены им , но вы не можете обладать им.

Мой Бог, это не что-то объективное, где-то там.
Мой Бог субъективен, он здесь.
Мой Бог не может никогда быть обозначенным словом "то". Он может быть обозначенным лишь словом "это".
Бога моего видения и опыта нельзя искать в синагогах, храмах, мечетях, церквях, в Гималаях и в мона-стырях. Он не там, потому что он постоянно здесь. А вы продолжаете искать Его там.
Когда я говорю, что естественное лицо ребенка это лицо Бога, я имею ввиду, что Бог — это синоним жиз-ни, существования. Все, что ни есть — все божественно, священно. И нет ничего, кроме Бога.
Бог не может быть понят количественно, он может быть понят как качество. Вы не можете измерить Его. Вы не можете сделать статую из него, вы не можете нарисоваь картину с него. В этом смысле он совершенно без-личностный. И если вы посмотрите в лица детей, когда они прибывают, только что, от самого источника жизни, вы увидите определенное присутствие, которому нет названия — безымянное, неопределимое.
Ребенок живой. Вы не можите определить его живость, но она присутствует, вы можете чувствовать ее. Она настолько здесь, что как бы вы слепы не были, вы не можете пропустить ее. Она свежа. Вы можете вдыхать свежесть возле ребенка. Аромат исчезает медленно, очень медленно. И если, к несчастью, ребенок становится удачливым — знаменитостью, президентом, премьер-министром, священником, тогда этот же самый ребенок за-гнивает.
Он пришел с необычайным ароматом , неопределимым, безымянным. Посмотрите в глаза ребенка — вы не можете найти ничего глубже. Глаза ребенка — это бездна, они бездонны.
К несчастью, так как общество разрушает его, вскоре его глаза будут только поверхностными; за слоями и слоями условностей, эта глубина, эта необозримая глубина исчезла давным давно. А то было его естественное ли-цо. У ребенка нет мыслей. О чем он может думать? Чтобы думать, нужно прошлое, чтобы думать, нужны пробле-мы. У него нет прошлого, у него есть только будущее. У него еще нет проблем, он без проблем. Для него нет ника-кой возможности думать. О чем он может думать?
Ребенок сознателен, но без мыслей. Это естественное лицо ребенка. Когда то это было и вашим лицом то-же, хотя вы забыли об этом, оно все еще там, внутри вас, ждет, чтобы кто-нибудь открыл его вновь. Я говорю от-крыть вновь потому, что вы открывали его много раз в прошлых жизнях и снова и снова вы продолжаете забывать.
Возможно даже в этой жизни были моменты, когда вы подходили очень близко к тому, чтобы узнать его, чтобы почувствовать Его, чтобы быть Им. Но мир слишком сильно влияет на людей. Сила его притяжения велика — мир тянет нас в тысячу и одну сторону. Он тянет нас в столь многих направлениях, что вы распадаетесь на час-ти. Это чудо, как людям удается сохранить все эти части вместе.
Иначе одна их рука улетела бы на север, другая рука на юг, голова должна была бы подняться к небу; все части летали бы по всему пространству. Это несомненное чудо, что вы не разрываетесь на части.
Возможно давление со всех сторон слишком велико, так что ваши руки, ноги и голова не могут летать. Вы сдавлены везде.
Даже если вам случится встретится со своим настоящим лицом, вы не сможете узнать его — оно будет таким незнакомым. Взможно, что время от времени такие встречи происходят случайно,но вы даже не говорите "Привет!" Это незнакомец, и возможно глубоко внутри есть некоторый страх — как всегда бывает при встрече с незнакомцем.
Вы спращиваете меня, как мы можем спасти настоящее лицо наших детей? Вам не нужно ничего делать прямо. Все сделанное прямо будет вмешательством. Вы должны научиться искусству неделания. Это очень слож-ное искусство. Это не что-то такое, что вы должны делать, чтобы защитить, спасти настоящее лицо ребенка. Что бы вы ни делали — это разрушит настоящее лицо. Вы должны научится неделанию: вы должны научится как держать-ся в стороне, в стороне от пути ребенка. Вам прийдется быть очень мужественными, потому что это риск, предоста-вить ребенка самому себе. Тысячи лет нам твердили, что если ребенок предоставлен самому себе он будет дикарем. Это чистая чепуха. Я сижу перед вами — но разве я похож на дикаря. А я жил без всякого вмешательства со сто-роны моих родителей. Да, им это принесло много хлопот, и у вас тоже будет много хлопот, но оно стоит того.
Настоящее лицо ребенка настолько ценно, что любые хлопоты стоят того. Это настолько ценно, что что бы вам ни пришлось заплатить за это — это дешевая цена; вы получаете это за бесценок. И радость в тот день, когда вы обнаружите настоящее лицо своего ребенка неповрежденным, с той же красотой, которую он принес в этот мир, с той же невинностью, с той же чистотой, с той же радостью, весельем, живостью ... чего еще можно желать?
Вы ничего не можете дать ребенку, вы можете только взять. Если вы хотите дать дар ребенку, вот единст-венно возможный дар: не вмешивайтесь. Рискните и позвольте ребенку идти по неизвестному маршруту, не нане-сенному на карту. Это сложно.Великий страх охватывает родителей, кто знает, что случится с ребенком? Из-за это-го страха они начинают форсировать определенные образцы поведения ребенка. Из-за страха они начинают на-правлять его определенным образом к определенной цели, но они не знают, что из-за своего страха они убивают ребенка. Он никогда не будет благодарен вам, он всегда будет испытывать вражду по отношению к вам.
Зигмунт Фрейд обладает глубоким пониманием этого вопроса, он говорит: "Каждая культура уважает отца. Нет ни одной культуры, существующей ныне или когда либо существовавшей на Земле, которая не предлагала бы идею, что отца нужно уважать. Зигмунт Фрейд говорит: "Это уважение к отцу возникло потому, что некогда, в дои-сторичекие времена дети должно быть убили своего отца, просто чтобы спасти себя от него и не быть искалечен-ными им".
Это странная идея, но очень важная. Он говорит, что уважение воздается отцу из чувства вины, и что это чувство живет тысячи лет. Где-то ... это не исторический факт, но полный значения миф, что молодые люди долж-но быть убили отца и затем раскаялись — естественно, потому что он был их отцом; он он заставил их идти теми дорогами, где они не были счастливы.
Они убили его, но затем они раскаялись. И из-за страха они начали поклоняться духам предков, отцов, праотцов, потому что их души могли отомстить. И затем мало по малу стало общепринятым уважать старших. Но почему?
Я бы хотел, чтобы вы уважали детей. Дети все заслуживают самого большого уважения, на какое вы толь-ко способны, потому что они так свежи, так невинны, так близки к божественному. Пора отдать им уважение, а не заставлять их уважать испорченных/развращенных/ людей — хитрых, лживых, полных дерьма — просто потому, что они старше.
Я хотел бы все это перевернуть: уважайте детей, потому что они ближе к источнику; вы очень далеки. Они пока еще подлинные, а вы уже копия. А вы понимаете, что может произойти, если вы будете уважаеть детей? Тогда если вы любите и уважаете их вы можете спасти их от ошибок, они будут двигаться в правильном направлении — не из-за вашего страха, но из-за вашего уважения и любви.
Мой дедушка ... Я не мог лгать моему дедушке потому что он так уважал меня. Когда вся семья была про-тив меня, я мог по крайней мере положиться на этого старика. Его не беспокоили любые доказательства, которые говорили против меня. Он говорил: "Мне все равно, что он сделал. Если он сделал это, он должно быть прав. Я знаю его, он не может поступать неправильно”.
И конечно, когда он за меня, вся семья должна была отступить. Я рассказывал ему обо всем, и он говорил: "Не нужно волноваться. Делай все, что ты чувствуешь правильным, потому что, кому же еще решать? В твоей си-туации, на твоем месте, только ты можешь решать. Делай все, что ты считаешь правильным, и всегда помни, что я здесь чтобы поддержать тебя, потому что я не только люблю тебя, я также уважаю тебя."
Его уважение ко мне было величайшим сокровищем, которое я мог получить. Когда он умирал, я был на расстоянии 80 миль. Он сообщил мне, что я должен приехать немедленно, потому что времени осталось мало. Я приехал быстро. Я был там в течении 2-х часов. А он как будто ждал лишь меня. Он открыл глаза и сказал: "Я пы-тался продолжать дышать, чтоб ты смог добраться до меня. Я хочу сказать лишь одно: меня не будет здесь, чтобы поддерживать тебя, а тебе будет нужна поддержка. Но помни, где бы я ни был, моя любовь и мое уважение оста-нуться с тобой. Не бойся никого. Не бойся мира."

Это были его последние слова: "Не бойся мира".
Уважайте детей, делайте их бесстрашными. Но если вы сами полны страхов, как вы можете сделать их бесстрашными? Не заставляйте их уважать вас, потому что вы отец, вы их папочка, их мамочка и тому подобное. Измените это отношение и вы увидите какую трансформацию произведет уважение с вашими детьми. Они будут слушать вас более внимательно, если вы уважаете их. Они попытаются понять вас и ваш образ мыслей более вни-мательно. Им прийдется. И никаким образом ничего не навязывайте; если вследствии понимания они чувствуют, что вы правы, — они следуют за вами, и тогда они не теряют свое настоящее лицо.
Настоящее лицо не теряется при следовании по определенному пути. Оно теряется, если вы форсируете детей, форсируете против их воли.
Любовь и уважение могут прекрасно помочь им быть более понимающими мир, могут помоь им быть бо-лее бдительными, осознанными, внимательными — потому что жизнь драгоценна, это дар существования. Мы не должны напрасно терять ее. В момент смерти мы должны иметь право сказать, что мы оставляем мир лучше, более прекрасным, более милосердным. Но это возможно только, если мы покидаем мир со своим настоящим лицом, с тем же лицом, с которым мы вошли в него.

Глава 6
СОЗДАНИЕ БУДДЫ.
Возлюбленный Ошо,
Как вам удалось остаться чистым, как ребенок и не позволить себя усреднить взрослым вокруг вас? Откуда вы взяли это мужество?

Невинность — это мужество и чистота. Вам не нужно мужество, если вы невинны. Нет необходимости и в какой-то чистоте также, потому что ничто не может быть более чистым, кристально чистым, чем невинность. По-этому весь вопрос в том, как защитить свою невинность.
Невинность, это не что-то, что нужно достичь. Это не что-то, чему нужно научиться. Это не что-то, вроде таланта: живопись, музыка, поэзия, скульптура. Она не похожа на все это. Это больше напоминает дыхание, нечто данное от рождения.
Невинность в природе каждого. Никто не рождается без нее. Как можно без нее родиться?
Рождение означает, что вы вошли в мир как tabula rasa, ничто на вас не написано. У вас есть только буду-щее, нет прошлого. Вот что значит невинность. Поэтому сперва попытайтесь понять все значения невинности.
Во-первых: нет прошлого, есть лишь будущее. Вы пришли в мир невинным свидетелем. Каждый приходит так, с тем же качеством сознания.
Вопрос в том, как мне удалось сохранить мою невинность, чистоту, откуда я взял это мужество? Как мне удалось не быть униженным взрослыми в этом мире? Я ничего не делал, поэтому нет вопроса как. Это просто слу-чилось, и я не могу приписать это себе как заслугу.
Возможно это случается с каждым, но вы начинаете интересоваться другими вещами. Вы начинаете сделку с миром взрослых. У них есть многое, что они могут дать вам; у вас есть только одно, что вы можете дать, и это ваша целостность, ваше самоуважение. У вас нет многого, единственная вещь — вы можете назвать это чем угод-но: невинность, разум, подлинность. У вас есть лишь это.
А ребенок естественно очень интересуется всем, что он видит вокруг. Он постоянно хочет иметь это, иметь то; это часть человеческой природы. Если вы посмотрите на маленького ребенка, даже на новорожденного, вы уви-дите, что он начинает хватать что-либо, его руки пытаются что-то обнаружить. Он начал путешествие.
В этом путешествии он потеряет себя, потому что вы не можете получить что-либо в этом мире, не запла-тив за это. И бедный ребенок не может понять, что то, что он отдает настолько ценно, что если целый мир на одной стороне, а его целостность на другой стороне, то даже тогда его целостность будет более весомой, более ценной. Ребенок не может знать об этом. Это проблема, потому что то, что он имеет, он просто имеет. Он принимает это как само собой разумеющееся. Вы спрашиваете меня как мне удалось не потерять свою невинность и чистоту. Я ничего не сделал; просто, с самого начала ... Я был одиноким ребенком, потому что я воспитывался дедушкой и бабушкой по материнской линии; я не был со своим отцом и матерью. Эти два пожилых человека были одиноки и они хотели ребенка, который был бы радостью их последних дней. Поэтому мой отец и мать согласились: я был их старшим ребенком, первенцем; они послали меня.
Я не помню никаких отношений с семьей моего отца в ранние годы моего детства. С этими двумя стари-ками — моим дедушкой и его старым слугой, который был поистине прекрасным человеком — и моя старая ба-бушка ... эти три человека. И пропасть была так велика..
Я был совершенно один. Это была не компания, это не могло быть компанией. Они изо всех сил пытались быть так дружественны со мной как только можно, но это было просто невозможно.
Я был предоставлен самому себе. Я не мог им ничего сказать. У меня больше никого не было, потому что в этой маленькой деревне моя семья была самой богатой; а это была такая маленькая деревня — не более чем две сотни людей всего — и такая бедная, что мои родители не позволили бы мне общаться с деревенскими детьми. Они были грязны и конечно, они были почти нищими.
Поэтому не было способа заиметь друзей. Это послужило величайшим толчком. За всю свою жизнь я ни-когда не был другом, и никто не был другом мне. Да, знакомые у меня были.
В эти первые, ранние годы я был так одинок, что начал наслаждаться этим, и это действительно была ра-дость. Поэтому это не было проклятием для меня, это оказалось благословением. Я начал наслаждаться этим, я начал чувствовать самодостаточность; я не зависел от кого-либо.
Я никогда не интересовался играми по той простой причине, что с самого детства я не мог играть, не с кем было играть. Я все еще вижу себя в те ранние годы, просто сидящим.
Там, где стоял наш дом, прямо перед озером было прекрасное местечко. Уединенное озеро ... оно было так прекрасно и так молчаливо. Лишь изредка можно было увидеть белых летящих журавлей или услышать их любов-ный зов и тогда покой был нарушен; иными словами это было совершенно правильное место для медитации. И когда покой нарушался любовным зовом птиц ... после этой песни покой преобретал большую глубину, становился глубже.
Озеро было покрыто цветами лотосов, и я бывало сидел часами настолько самоудовлетворенный, как буд-то весь мир не имел никакого значения; лотосы, белые журавли, тишина ...
А мои дедушка и бабушка очень хорошо знали одно — то, что я наслаждался своим одиночеством. Они постоянно видели, что у меня не было желания идти в деревню и встречаться с кем-то, или разговоривать с кем-то. Даже если они хотели разговаривать моими ответами были да или нет. Сам я обычно разговора не начинал. По-этому они осознали — что я наслаждался своим одиночеством и их священной обязанностью было не мешать мне.
Бывает так, что вы говорите детям: "Молчите, потому что папа думает, дедушка отдыхает. Успокойтесь, сидите тихо". У меня в детстве случалось наоборот. Теперь я не могу сказать почему и как; это просто случалось. Вот почему я сказал, что это просто случалось в этом нет моей заслуги.

Эти три старых человека постоянно делали знаки друг другу.

"Не мешайте ему — ему так хорошо". И они начали любить мою тишину. Тишина имеет свои вибрации; она заразная, особенно тишина ребенка, когда ее не форсируют, которая происходит не потому, что вы говорите: "Я побью тебя, если ты бедешь мешать или шуметь". Нет, это не тишина. Это не создает радостных вибраций, о кото-рых я говорю, если ребенок молчалив сам по себе, если он наслаждается без причины, его счастье не обусловлено; это создает больше волн вокруг.
В лучшем мире каждая семья будет учиться у детей. Вы так спешите учить их. Никто кажется не учится у них, а у них есть многое, чему вы можете научиться.
Лишь потому, что вы старше и вы сильней, вы начинаете делать их подобными вам даже не думая о том, кто вы, чего вы достигли, каков ваш статус во внутреннем мире. Вы нищие; и вы хотите того же для своего ребен-ка?
Но никто не думает; иначе люди учились бы у маленьких детей. Дети несут так много из иного мира пото-му что они прибыли лишь недавно. Они все еще несут в себе тишину чрева, тишину самого существования.
Итак, это было лишь случайным стечением обстоятельств, что семь лет меня никто не тревожил — не бы-ло никого, кто бы придирался ко мне, готовил бы меня к миру бизнеса, политики, дипломатии. Мои бабушка и де-душка были более заинтересованы в том, чтобы оста- вить меня настолько естественным, насколько возможно — особенно моя бабушка. Она — одна из причин — эти мелочи влияют на модели поведения всей вашей жизни — она одна из причин моего уважения ко всем женщинам.
Она была простой женщиной, необразованной, но необыкновенно чувствите


Глава 7
СЕМИЛЕТНЕЕ КОЛЕСО ЦИКЛОВ.
Возлюбленный Ошо,
Как правильно помочь ребенку вырасти?

Вам нужно понять несколько очень важных возростных особенностей. Жизнь имеет семилетний цикл, она движется по семилетним циклам подобно как Земля вращается вокруг своей оси за 24 часа. Сейчас никто не знает, почему не 25, почему не 23? Нет способа ответить на этот вопрос: это просто факт.
Земля обращается вокруг Солнца за 365 дней. Почему 365? Никто не знает и никому не надо знать. И воб-щем это не имеет никакого значения. И, если бы это происходило за 400 дней, какое бы это имело для нас значе-ние? ... или 300 дней?
... Вопрос оставался бы прежним . Почему?
Таким образом, запомните одно: любой вопрос является абсурдным, если он с любым ответом остается тем же. За 24 часа Земля осуществляет вращение вокруг своей оси. Почему? Превратите их в 25 ..., 26,30,60 ... во столько, во сколько хотите- вопрос остается прежним.
Поэтому не спрашивайте меня, почему жизнь имеет семилетний цикл. Я не знаю. Но достаточно того, что я знаю, что она его имеет. И если вы поймете этот семилетний цикл, вы сможете многое понять о человеческом рос-те.
Первые семь лет самые важные, потому что закладывается фундамент человеческой жизни. Вот почему все религии очень озабочены тем, как бы захватить ребенка как можно раньше.
Евреи делают ребенку обрезание.Какая нелепость! Но они пометили ребенка как еврея; это примитивное клеймо. Вы по-прежнему делаете это на скоте. Я видел это клеймо. Все хозяйства выжигают клеймо на скоте, ина-че он может смешаться с чужими. Это жестокая вещь. Это проделывается, используя до красна раскаленный сталь-ной прут, он выжигает клеймо на коже. И тогда скот становится вашей собственностью, отныне он не может быть ни потеряным, ни украденным.
Что же такое обрезание? Это метка для скота. Но в этом случае скотом являются евреи.
Индусы имеют свои собственные способы. Все религии имеют свои собственные способы. Необходимо знать, чьим скотом вы являетесь, кто ваш пастырь — Иисус? Моисей? Мухаммед? Вы не хозяин самому себе.
Те первые семь лет, это годы, когда вам навязывают условности, и всякого вида идеи, которые будут пре-следовать вас всю вашу последующую жизнь, которые отвлекут вас от вашей индивидуальности, которые развратят вас, которые никогда не позволят вам видеть ясно. Они всегда будут как облака застилать вам глаза и все вы поте-ряете ясность зрения. Вещи сами по себе ясны, очень ясны — существование абсолютно ясно, но на ваших глазах многослойная пыль. И вся эта пыль была собрана за первые семь лет вашей жизни, когда вы были столь невинны, столь доверчивы, что все, чтобы вам не было сказано, вы принимали за истину. И то, что было заложено в вас ста-нет очень трудно обнаружить, потому что оно, как бы войдет в вашу кровь, в костный мозг. Вы зададите тысячи вопросов, но так никогда и не спросите о том, на чем же в самом деле покоится ваша вера.
Самое первое выражение любви к ребенку — позволить ему быть абсолютно невинным, необусловленным, дать возможность ему быть полностью диким, языческим.
Он не должен быть обращен ни в индуизм, ни в магометанство, ни в христианство. Любой, кто старается обратить ребенка в какую то веру не имеет ни сострадания, ни милосердия, он жесток, он отравляет чистую душу вновь прибывшего существа. Еще до того как ребенок начинает задавать вопросы — ему уже даны ответы, состоя-щие из заранее отштампованых философий, догм, идеологий.
Это очень странная ситуация. Ребенок еще не спрашивал о Боге, но вы уже преподаете ему учения о Боге. Почему такое нетерпение? Подождите.
Если ребенок однажды проявит интерес к Богу и начнет спрашивать о Боге, тогда постарайтесь объяснить ему, но не только ваше представление о Боге — никто не имеет права на монополию: раскройте перед ним все представления о Боге разных народов, разных эпох, различных религий, культур, цивилизаций.
Раскройте ему все представления о Боге и скажите ему: "Ты можешь выбрать что хочешь, что тебе больше соответствует. Или можешь придумать сам , если ничего тебе не подходит.Если тебе все кажется покрытым трещи-нами и ты думаешь, что можешь придумать что-либо лучшее, тогда придумай сам. Или если ты считаешь, что нельзя придумать теорий без выбоин, ну тогда откажись от теории вообще, она не нужна. Человек может прожить без Бога, значит нет в этом внутренней необходимости.
“Миллионы людей прожили жизнь без Бога. Бог не что иное как неизбежная ваша собственная потреб-ность. Да, у меня есть мое собственное представление, которое является комбинацией всех этих идеалов вместе взятых. Ты можешь выбрать его, но я не говорю, что мое представление, это правильное представление. Это соот-ветствует мне, но может не соответствовать тебе”. И нет внутренней необходимости, чтобы сын был согласен с от-цом. А может быть это и лучше, когда он не согласен. Именно так происходит развитие. Если бы каждый ребенок был согласен со своим отцом, тогда бы не было эволюции, потому что бы отец соглашался бы со своим отцом, та-ким образом все до сих пор были бы там, где Бог оставил Адама и Еву, обнаженными за воротами райского сада. Все были бы там. Но так как сыновья не соглашаются со своими отцами, со своими предками, и со всеми их тради-циями, человек эволюционирует. Вся эволюция это огромное несогласие с прошлым. И чем вы умнее, тем больше вы не согласны. Но родители ценят детей, которые соглашаются, они осуждают тех, которые не послушны.
Если ребенок к семи годам остался невинным, не испорченным идеями других, тогда отвлечь его от потен-циального роста становится невозможным.
Первые семь лет детства — это самое уязвимое. Они в руках родителей, учителей, священников. Как спа-сти ребенка от родителей, это такая огромная проблема, что почти невозможно найти ее решение.
Вопрос не в том чтобы помочь ребенку. Вопрос в том, чтобы защитить ребенка. Если у вас есть ребенок, защитите его от себя. Защитите его от других, кто может на него повлиять; хотя бы до семи лет, защитите его. Ре-бенок как маленькое растение — слабое, мягкое: сильный ветер может погубить его, любой зверь может съесть его. Вы ставите вокруг этого растения забор не для того, чтобы устроить ему тюрьму, а чтобы защитить его. Когда рас-тение подрастет, забор будет снесен. Защитите ребенка от любых влияний, так он сможет остаться самим собой и речь идет всего лишь о семи годах, т.к. тогда завершается первый цикл. К семи годам он будет уже большим, ус-тойчивым, достаточно сильным.
Вы не можете себе представить насколько сильным может быть семилетний ребенок, потому что вы нико-гда не видели неиспорченных детей, вы видели только испорченных. Они несут страхи, трусость своих отцов и ма-терей, своих семей. Они уже не такие какие они есть на самом деле. Если бы вы встретили неиспорченного семи-летнего ребенка вы бы были удивлены встречей с подобным ребенком. Он был бы острым как меч. Его глаза были бы ясными и его внутреннее видение было бы чистым. И вы увидите огромные силы в нем, которые не сможете найти даже в 70-летнем взрослом, у которого шаткий фундамент. В саиои деле как здание — чем выше он растет, тем более шатким становится. Если вы родители вам нужно много смелости чтобы не вмешиваться. Откройте ре-бенку двери в неведомое, чтобы он мог сам все исследовать. Он и не знает, что у него внутри, никто не знает. Он должен идти наощупь в темноте. Не пугайте его темнотой, не пугайте его неудачей, не пугайте его неведомым. Поддержите его. Когда он уходит в путешествие в неведомое, отправляйте его о всей вашей поддержкой, со всей вашей любовью, со всем вашим благословением. Не позвольте вашим страхам коснуться его. Вы можете бояться, но держите это при себе. Не выплескивайте их на вашего ребенка, потому что это будет вмешательством.
С семи лет начинается следующий цикл, с семи до четырнадцати это новое прибавление в жизни: первое детское волнение сексуальной энергии. Но это всего лишь репетиция. Быть родителем тяжелая работа, если вы не готовы взяться за это тяжелое дело, не становитесь родителями. Люди просто становятся отцами и атерями не зная, что они делают. Вы рождаете новую жизнь и вам понадобится вся любовь, которая существует в мире.
Теперь когда ребенок начинает проигрывать свои сексуальные репетиции, в это время больше всего вме-шиваются родители, потому что когда-то они пережили такое же вмешательство. Все они знают что делали с ними и они просто делают то же самое со своими детьми.
Общество не позволяет сексуальных экспериментов, по крайней ере они не были разрешены до нынешнего столетия — лишь в самых развитых странах произошли изменения в последние 20-30 лет. Сегодня девочки и мальчики учатся вместе. Но в странах подобных Индии даже теперь совместное обучение начинается только на университетской скамье.
Семилетний мальчик и семилетняя девочка не мoгут учится в одной школе. Это время — когда они без риска, без того чтобы девушка забеременела, без каких-либо проблем для их семей — это время, огда им может быть позволена полная свобода игры.
Да, эта игра будет иметь сексуальный оттенок, но это всего ишь репетиция, это не настоящая драма. Но если вы не позволяете им репетиций, настанет день, когда внезапно занавес откроется и астоящая драма начнется. И эти люди не знают, что произойдет и аже суфлера нет, чтобы подсказать им что делать. Вы в конец испортили им жизнь.
Следующие семь лет, второй цикл жизни важен как репетиция. Они будут встречаться, общаться, играть, узнавать. И это позволит человечеству уменьшить на 90 процентов извращения.
Если детям с 7 до 14 лет разрешается быть вместе, плавать месте, быть обнаженными вместе, 90 процен-тов извращений и 90% порнографии исчезнет. Кто будет этим интересоваться? Если мальчик узнает столько обна-женных девочек какой интерес представит для него такой журнал как "Плей бой". Если девочка увидела столько обнаженных мальчиков, я не вижу никакой возможности возникновения юбопытства к другим, оно исчезает. Они очень естественно вырастут вместе, а не как два разных вида животных. Сейчас они растут ак два разных вида жи-вотных. Они не принадлежат к одному роду, ни содержаться раздельно. Тысяча и одна преграда созданы между ими, таким образом у них нет репетиций сексуальной жизни, которая в скором времени прийдет.
Но такой образ воспитания почти убивает всю их будущую жизнь. ти семь лет сексуальной репетиции аб-солютно необходимы. Девочки мальчики должны быть вместе в школах, в общежитиях, в бассейнах, в кровати. Они должны проводить репетиции их будующей жизни, ни должны быть к ней готовы. И нет опасности в том, что-бы дать ребенку полную свободу по отношению к его растущей сексуальной енергии. И нельзя осуждать и наказы-вать как это делается сейчас.
Вы живете в очень странном мире. Вы родились от секса, вы удете жить для секса, ваши дети родятся из секса и секс при этом амая осуждаемая вещь, наибольший грех. И все религии изо всех ил стараются вбить вам это в мозги.
Люди всего мира полны гнили которую вы можете почувствовать олько из-за одного того, что им не по-зволено было расти естественным образом. Им не разрешалось принять себя самих. Они все олжны были превра-тится в приведения. Они на самом деле не настоящие, не подлинные люди, они только тени тех, кем они могли тать; они только тени.
Второй семилетний цикл очень важен, так как он подготовит вас следующим семи годам, но если вы хо-рошо сделали домашнее задание, если вы уже играли вашей сексуальной энергией ради спортивного интереса, то-гда когда это было нужно, тогда у вас будет единственно правильный подход и вы не танете ни извращенцем, ни гомосексуалистом. Все эти странные вещи не придут к вам на ум, потому что вы взаимодействуете естествено с противоположным полом и противоположный пол взаимодействует с вами, в этом нет помехи и вы никому не де-лаете ничего плохого. Ваше сознание чисто, потому что никто не вкладывал в вашу голову идей о том, что пра-вильно, а что нет, вы просто тот, кто вы есть.
Затем от 14 до 21 ваши половые инстинкты созревают. И это важно понять, если репитиция прошла хоро-шо в течении 7 лет, когда роисходит становление вашей сексуальной энергии, очень странная ещь происходит с вами, вы можете никогода не думать о ней, потому что у вас не было случая. Я сказал вам, что вторые 7 лет, с 7 о 14 приносят вам мимолетные впечатления пролога. Третьи 7 лет риносят вам впечатления переменчивой игры. Вы все еще вместе девочки и мальчики, но новый этап начинается в вашем существовании, вы начинаете влюбляться.

Глава 8
ПОДРОСТКОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ.
Возлюбленный Ошо,
Как подростки могут построить мост к своим родителям?

Во-первых, подростки должны быть честны и правдивы, какими бы не были последствия. Они должны говорить родителям обо всем, что они чувствуют — просто, без вызова. Они ничего не должны скрывать от своих родителей. Это то, что образует разрыв: родители прячут от детей многое, а дети в свою очередь скрывают многое от родителей и брешь становится больше и больше.
Однажды я пришел к отцу и сказал: "Я хочу начать курить сигареты". Он сказал: "Что?" Я сказал: "Ты должен давать мне деньги на них, потому что я не хочу воровать. Если ты не будешь давать, я буду воровать, но ответственность упадет на тебя. Если ты не позволишь мне курить, я буду курить прячась. И ты заставишь меня стать вором, ты заставишь меня скрывать правду, я не буду честным и открытым. Я вижу, что так много людей курит сигареты, я хочу попробовать. Я хочу лучшие сигареты из доступных и первую сигарету я выкурю в твоем присутствии". Он сказал: " Это странно, но твои доводы убидительны. Если я запрещу, ты станешь воровать. Если я запрещу, ты все равно будешь курить и этот запрет создаст много преступного в тебе. Это мне больно. Я не хочу чтобы ты начал курить". Я сказал: "Проблема не в этом. Желание созрело во мне, глядя на других курящих людей. Я хочу узнать все же чего оно стоит на самом деле. Если это стоящее занятие, тебе прийдется постоянно обеспечи-вать меня сигаретами. Если оно не стоит того, в таком случае я покончу с ним. Но я не хочу делать что-либо, преж-де чем ты откажешь, затем вся ответственность ляжет на тебя, потому что я не хочу чувствовать себя виноватым.
Он вынужден был достать мне лучшие сигареты, которые были в городе — с большой неохотой. Мой дядя, мой дед говорили: "Что ты делаешь? Так не делается". Они настаивали. Но он сказал: "Я знаю, что так не делается, но вы его не знаете так , как я его знаю. Он сделает точно, как обещал, а я уважаю его правдивость,его честность. Он объяснил мне весь свой план: "Не заставляй меня и не запрещай, иначе я буду чувствовать себя виноватым".
Я выкурил сигарету, закашлялся, глаза мои наполнились слезами, я даже не смог выкурить полностью од-ну сигарету и я выбросил ее. И тогда я сказал отцу: "С этим покончено. Тебе теперь не о чем беспокоится. Но я хо-чу, чтобы ты понял, я буду говорить тебе обо всем. Я чувствую, что нет необходимости ничего от тебя скрывать. И если я скрываю от отца, с кем же я буду общаться? Я не хочу создавать брешь между нами". И видя как я бросил сигарету слезы навернулись ему на глаза. Он сказал: "Все были против этого, но твоя искренность заставила меня принести сигареты." Другими словами в Индии наверное ни один отец никогда не предложил сыну сигареты: это неслыханно. Отцы обычно даже и не курят в присутствии своих сыновей, так что идея курения не возникает.
Подростки находятся в очень трудном положении. Они меняются: они оставляют детство позади и они становятся молодежью. Каждый день новые измерения жизни открываются им. Они находятся в процессе транс-формации. Они нуждаются в огромной помощи со стороны родителей. Но именно сейчас ситуация такова, что они совсем перестают встречатся с родителями. Они живут вместе в одном доме, но не разговаривают друг с другом, потому что не могут понять язык друг друга, они не могут понять взгляды друг друга. Они общаются, когда девочке или мальчику нужны деньги, иначе они никак не общаются. Брешь становится все больше и больше, они становят-ся настолько чужими, что даже трудно себе представить. Это настоящее бедствие. Нужно поддержать подростка в том, чтобы он говорил родителям все без всякого страха. Это поможет не только детям, но и родителям тоже. Правда прекрасна сама по себе, честность прекрасна сама по себе. Когда подростки обращаются к своим родите-лям честно, правдиво, искренно и при этом открывают серца, то это так затрагивает родителей, что их сердца тоже открываются, и это затрагивает нечто столь глубокое в родителях, которое они хотели бы сказать, но не могут. Об-щество запрещает, религия запрещает, традиция запрещает. Самая волнующая проблема — секс. Дети должны быть способны рассказать обо всем, что происходит в их уме, нет необходимости скрывать что-либо, т.к. все что приходит им в голову совершенно естественно. Они должны спрашивать совета у родителей. Как это можно сде-лать? Они в затруднении, им нужна помощь. И к кому могут они обратится за исключением своих родителей?
Если у меня появлялась какая-либо проблема, я просто говорил моим родителям. И вот мое предложение: подростки ничего не должны скрывать от родителей, от учителей ... они должны быть абсолютно искренными и брешь исчезнет. А ведь нам очень нужно чтобы брешь исчезла, иначе, что это за общество? Существует брешь ме-жду родителями, существует брешь между мужем и женой, брешь между учителем и учеником. Бреши и только бреши вокруг. Все мы окружены всякого рода пропостями и общение прервано. Это не общество, это не коммуна, потому что нет коммуникации. Никто не может говорить правильные вещи, все подавлены. Все подавляют свои желания и все злы и все чувствуют себя одинокими, фрустрированными.
Мы создали обозленное поколение: мы создали бессмысленную философию. И единственная причина за-ключается в том, что дети потеряли связь с родителями. И дети могут совершить огромную работу. Возможно, что родители и не готовы проделать ее, они гораздо более ограничены. Подростки молоды и свежи; только научи их быть искренними со своими родителями.
Я заключил соглашение с моим отцом. Я сказал ему: "Я хочу заключить соглашение". Он спросил: "Ка-кое?" Я сказал: “Соглашение такое: если я буду говорить правду тебе прийдется награждать меня, а не наказывать. Потому что, если ты накажешь меня, в следующий раз я не скажу правду”.
И вот таким образом происходит во всем мире: правда — наказуема, и люди перестают говорить ее. Тогда они начинают врать, потому что ложь вознаграждается. И я сказал ему: "Ты должен решать, если ты хочешь, что-бы я врал, я могу врать, если ты поощряешь ложь. Но если ты будешь поощрять правду, тогда я буду говорить правду — но ты не сможешь наказать меня за это”. Он сказал: ” Я принимаю условия”. Это простой метод. Если ты не сможешь предстать таким как есть перед собственным отцом и матерью — все другие во всем мире тебе бо-лее чужие, чем они. Твои отец и мать тебе чужие, но самые близкие чужие, самые родные чужие. Откройте себя и брешь прекратится. Это тоже поможет им быть с вами откровенными. И кое что надо запомнить: искренность, че-стность, правда открывают в других те же качества.

Глава 9
КТО КОГО ДУРАЧИТ .
Возлюбленный Ошо,
Как я мог бы стать хорошим отцом?

Как я думаю, вы можете сделать для своих детей лишь одно — это поделиться с ними своей собственной жизнью. Расскажите им, что вы были обусловлены своими родителями, что вы прожили жизнь ограниченные уз-кими рамками определенных образцов, и вы не хотите расстраивать жизнь своих детей. Вы хотите, чтобы они бы-ли полностью свободны — свободны от вас, потому что для них вы представляете все прошлое.
Необходима сила воли и огромная любовь отца и матери чтобы сказать детям — ты должен быть свободен от нас. Не слушайся нас — полагайся на свой разум. Лучше делать свои собственные ошибки и учиться благодаря им, это будет лучше, чем следовать кому-либо другому и не совершать ошибок. Иначе вы никогда ни чему не нау-читесь, разве что следованию — а это яд, чистый яд. Даже если ты собьешься с пути, это намного лучше, чем из-бежать ошибок, но оставаться рабом.
Это очень легко, если вы любите. Не спрашивайте "как", потому что "как" обозначает, что вы спрашиваете о методе, методологии, технике — а любовь это не техника.
Любите своих детей и наслаждайтесь их свободой. Давайте им совершать ошибки, помогайте им увидеть, где они совершили ошибку. Скажите им: "Ошибайся в этом нет ничего плохого, делай как можно больше ошибок, потому что только так ты чему нибудь научишься. Но не повторяй одну и ту же ошибку снова и снова, потому что это оглупляет.
Вобщем, у меня нет простого ответа. Вы должны будете определить его живя с вашими детьми от момента к моменту, позволяя им максимальную свободу даже в мелочах.
Вот главный принцип — ребенку надо помочь услышать свое тело, услышать свои собственные потребно-сти. Главное для родителей — это оберегать ребенка от падения в канаву. Действие дисциплины негативно.
Вспомните слово "негатив" это не положительное программирование, а лишь оберегание от негативного — ведь дети есть дети, и они могут попасть в какую-то ситуацию, которая может причинить им вред, искалечить их. И даже тогда не запрещайте им идти, а объясните им. Не ставьте это на уровень подчинения: дайте им возможность выбора. Объясните им всю ситуацию. Дети очень воспреимчивы, и если вы к ним относитесь с должным уважени-ем они готовы слушать, готовы понимать: и тогда оставьте их вместе с их пониманием. Это вопрос всего лишь не-скольких лет вначале, затем они смогут опереться на свой разум и совершенно перестанут в вас нуждаться. Вскоре они уже смогут двигаться сами.
Я могу понять страх родителей, что дети могут идти в том направлении, которое им не нравится, но это ваша проблема. Ваши дети не рождены для соответствия тому, что вам нравится или не нравится. Они должны прожить свою жизнь, и вы должны радоваться тому, что они живут своей жизнью — какой бы она ни была.
Пока вы следуете вашему потенциалу вы всегда будете лучшим. Когда вы идете вразрез с вашим потен-циалом — вы остаетесь посредственностью.
Все общество состоит из посредственных людей по той простой причине, что никто не является тем, чем ему предназначено быть — он является чем-то другим. И что бы он ни делал, он не сможет быть лучшим, он не сможет чувствовать наполненность, он не сможет радоваться.
Таким образом, работа родителей очень деликатна и очень филигранна, потому что вся последующая жизнь ребенка зависит от этого. Не выдвигайте позитивных программ, помогите ему в том, к чему он стремится.
Задача отца и матери прекрасна, потому что они привели в мир нового гостя — который не знает ничего, но который несет в себе какой-то потенциал. И если его потенциал не раскроется, он останется несчастным.
Ни одному родителю не понравится мысль, что его ребенок будет несчастен, родители хотят видеть детей счастливыми. Но их представления о счастье совершенно не правильны. Они думают, что если их дети станут док-торами, если их дети станут профессорами, инженерами, учеными, значит они станут счастливыми. Родители не знают. Дети могут быть счастливы лишь тогда, когда они станут тем, кем должны стать. Семя которое в них зало-жено должно прорасти.
Итак, помогите ему всеми возможными способами быть свободным, предоставьте ему возможность. Обычно, если ребенок спрашивает мать о чем-либо, даже не слушая о чем он спрашивает, мать просто отвечает "нет". Это авторитарное слово. Ни отец, ни мать, никто другой, кто пользуется авторитетом, не хотят сказать "да" — на любую самую обычную просьбу.
Ребенок хочет играть за оградой дома — "Нет!" Ребенок хочет выйти погулять во время дождя, хочет тан-цевать под дождем — "Нет! Ты заболеешь!" Но простуда — не рак, зато ребенок, которому не позволили танцевать под дождем, никогда не сможет танцевать снова, он упустил нечто замечательное, нечто действительно прекрасное. Простуда могла бы быть незначительной, и вобщем не обязательно, что он простудился. В действительности, чем больше вы его оберегаете, тем более уязвимым он становится. Чем больше вы позволяете ему, тем он крепче.
Родители должны научиться говорить "Да!" В 99 случаях, когда обычно говорят "Нет", которое не имеет под собой серьезного основания, а лишь является демонстрацией власти. Все не могут стать президентами страны и иметь власть над миллионами людей. Но можно стать мужем и приобрести власть над женой; жена может стать матерью и приобрести власть над ребенком, а любой ребенок может иметь куклу-медвежонка и власть над ним ... пни его из одного угла в другой, надавай ему хороших оплеух, которые бы он с удовольствием надавал отцу с ма-терью. А вот бедному медвежонку не над кем властвовать.
Таково авторитарное общество.
Мысль моя заключается в том, чтобы растить детей, обладающих свободой, которые слышат "да" и изред-ка "нет", тогда авторитарное общество исчезнет. А более человечное общество займет его место.

Глава 10
СЕМЬЯ : УЗНИКИ ЛЮБВИ.
Возлюбленный Ошо,
Семья являлась основной социальной единицей в течение тысячелетий, однако ты сомневаешься в ее цен-ности в твоем новом мире. Чем ты предлагаешь заменить ее?

Человек перерос семью. Семья больше не нужна; она прожила слишком долго. Это один из наиболее древ-них институтов, но только очень восприимчивые люди понимают, что он уже мертв. Другим же понадобится вре-мя, чтобы осознать тот факт, что семья мертва.
Она сделала свое дело. И теперь она уже не имеет значения в новом контексте вещей; она уже не имеет значения для нового человечества, которое рождается.
Семья была и хороша и плоха. Она была в помощь — человек выжил благодаря ей — и она была очень вредной, потому что она развратила человеческий ум. Но в прошлом не было альтернативы, не было способа вы-брать что-либо другое. Это было необходимое зло. Такой необходимости не будет в будущем. В будущем можно будет иметь выбор.
Моя мысль заключается в том, что в будущем не будет одного фиксированного образца, в нем будет много, очень много вариантов для выбора.
Если несколько человек все же выбирут семью, у них будет свобода иметь ее. Это будет лишь очень не-большой процент. Есть семьи на Земле — очень редкие, не более чем один процент — которые по-настоящему прекрасны, которые по-настоящему благотворны, в которых случается рост; в которых нет авторитарности, нет насилия, нет собственничества; в которых дети не разрушаются, в которых жена не пытается разрушить мужа и муж не пытается разрушить жену; где есть любовь и есть свобода; где люди собрались вместе просто из радости — не по другим мотивам; где нет политики. Да, такие семьи существовали на Земле; они все еще есть. Этим людям не нужно ничего менять. В будущем они могут продолжать жить семьями. Для подавляющего большинства — семья безобразная вещь. Вы можете спросить психоаналитиков, и они скажут: "Все виды психических заболеваний воз-никают в семье. Все виды психозов, неврозов возникают в семье". В семье создается больное, очень больное чело-веческое существо.
Семья не нужна — нужны альтернативные стили жизни. Для меня, таким альтернативным стилем являет-ся коммуна — это самое лучшее.
Коммуна — это люди живущие в текучей семье. Дети принадлежат коммуне, они принадлежат всем. Нет личной собственности, нет личного эго. Мужчина с женщиной живут вместе, потому что им нравится жить вместе, потому что они нежно любят друг друга, они наслаждаются этим. В тот момент, когда они чувствуют, что любовь больше не случается, они перестают держаться друг за друга. Они говорят “до свиданья” со всей благодарностью и со всей дружественностью. Они начинают двигаться к другим людям. Единственной проблемой прошлого было, что делать с детьми? В коммуне дети могут принадлежать коммуне и это будет гораздо лучше. У них будет больше возможности расти со многими разными людьми. Иначе ребенок растет с матерью. Годами мать и отец — это единственные представители человечества для него. Естетсвенно, он начинает подражать им. Дети становятся ими-таторами своих отцов, они увековечивают пороки родителей. Они становятся точными копиями. Это очень разру-шительно. А дети не могут делать ничего другого, т.к. у них нет другого источника информации.
Если сотни людей живут вместе в коммуне там будет много мужчин и много женщин; ребенок не будет привязанным и одержимым одним образцом поведения. Он может учиться у своего отца, он может учиться у своего дяди, он может учиться у всех мужчин в коммуне. Его душа будет шире.
Семьи разрушают людей и дают им очень маленькую душу. В коммуне душа человека будет больше, у него будет больше возможностей, он будет духовно богаче. Вместо одной женщины он будет видеть многих жен-щин. Очень разрушительно иметь лишь один образ женщины, потому что тогда вся ваша жизнь пройдет в поисках матери. Если вы влюбились в женщину — наблюдайте! Очень возможно, что вы искали кого-то похожего на вашу мать, а это может быть как раз то, чего вам лучше было бы избежать.
Каждый ребенок сердит на свою мать. Мать должна многое запрещать, мать должна говорить “нет” — этого нельзя избежать. Даже хорошая мать должна иногда говорить “нет”, и ограничивать, и отказывать. Ребенок чувствует гнев, злость. Он ненавидит мать и любит мать одновременно, потому что она — залог его выживания, источник его жизни и энергии. Поэтому он ненавидит мать и любит мать одновременно. Это становится образцом поведения. И также происходит с женщиной. Вы будете любить и в то же самое время ненавидеть женщину. И у вас нет выбора. Вы всегда будете бессознательно продолжать искать мать. То же самое происходит с женщинами. Они продолжают искать отца. Вся их жизнь — это попытки найти себе в мужья отца.
Теперь же ваш папа — это не единственный человек в мире; мир гораздо богаче. В действительности, если вы найдете отца вы, не будете счастливы. Вы можете быть счастливы с возлюбленным, с любовником, а не со сво-им папочкой. Если вы найдете мать, вы не будете счастливы с ней. Вы ее уже знаете и вам нечего больше исследо-вать. Это уже знакомо, а слишком известное порождает неуважение. Вам нужно искать нечто новое, но вы не пред-ставляете что.
В коммуне душа ребенка будет богаче. Он будет общаться со многими женщинами, он будет общаться со многими мужчинами. Он не будет привязан к одному или двум людям.
Семья создает в вас одержимость, а одержимость противоречит человечности. Если ваш отец борется с кем-то и вы видите, что он неправ, это неважно — вы должны быть с отцом и на его стороне. Как говорят люди: "Права она или не права, но моя страна это моя страна", также говорят "Мой отец — это мой отец, прав он или неправ. Моя мать это моя мать, я должен быть с ней". Иначе это будет предательством.
Это учит вас быть несправедливым. Вы видите, что ваша мать неправа, и что она спорит с соседом и сосед прав — но вы должны быть с матерью. Это учит нечестной жизни.
В коммуне вы не будете слишком крепко привязаны к одной семье — если нет семьи, то не к чему и при-вязываться. Вы будете более свободнм, менее одержимым; вы будете более справедливым. И любовь будет течь к вам из многих источников; вы будете чувствовать, что жизнь полна любви. Семья учит вас конфликту с общест-вом, другими семьями. Семья требует монополии, она просит вас быть за нее и против всего. Вы должны служить семье. Семья учит вас честолюбию, конфликту, агрессии. В коммуне вы будете менее агрессивными, вам будет легче с миром, потому что вы знали так много людей.
Вот что я собираюсь создать здесь — коммуну, где все будут друзьями. Даже мужья и жены не должны быть более, чем друзья. Брак должен быть лишь соглашением между двумя — они решили быть вместе, потому что они счастливы вместе. В тот момент, когда хотя бы один из них решает, что несчастье поселилось в их доме, они расстаются. Не нужно никакого развода. Так как нет брака нет и развода. Люди живут спонтанно.
Когда вы живете в несчастье, мало помалу вы привыкаете к несчастью. Ни одного мгновенья не нужно терпеть никакого несчастья. Может быть прежде было хорошо жить с мужчиной, радостно, но если это более не дает радости, вы должны уйти от этого. И не нужно сердится и быть разрушительными, не нужно таить злобу — потому что с любовью ничего сделать нельзя. Любовь подобна ветру. Вы видите ... она просто приходит. Если она есть она есть. И вот она ушла. И если она ушла — она ушла. Любовь — это тайна, и ею нельзя манипулировать. Не надо манипулировать любовью, не надо узаконивать любовь, не надо насиловать любовь — ни по какой причине.
В коммуне люди будут жить вместе из чистой радости, и не по какой другой причине. И когда радость ис-чезнет им приходится расставаться. Может быть ностальгия по прошлому все еще есть в душе, но им нужно рас-ставаться. Они тянуться друг к другу, но они не должны жить в несчастье, или же несчастье станет привычкой. Они расстаются с тяжелым сердцем, но без недовольства. Они будут искать других партнеров.
В будущем не будет браков, как это было в прошлом, и не будет разводов, как это было в прошлом. Жизнь будет более текучей,люди будут больше доверять тайне жизни, чем четкости закона, больше доверять самой жизни, чем какому-либо суду, полиции, священнику, церкви. И дети должны принадлежать всем — они не должны надое-дать своей семье. Они будут принадлежать коммуне, коммуна позаботится о них.
Это будет самый революционный шаг в истории человечества — для людей, которые хотят начать жить в коммуне, начать быть правдивыми, доверяющими и отбрасывать закон все больше и больше.
В семье любовь рано или поздно исчезает. Во-первых, ее может и не было с самого начала. Это может быть брак заключенный по другим мотивам — ради денег, власти, престижа. Любви может быть не было с самого начала. Дети рождаются от узаконенного брака, который скорее является узаконенной смертью — дети рождаются из нелюбви. С самого начала они становятся пустыней. И это состояние не-любви в доме делает их скучными, не-любящими. Они берут свой первый урок в жизни у родителей, а родители нелюбящие, в доме присутствует посто-янная зависть, ревность, борьба, гнев. И дети постоянно видят безобразные лица своих родителей. Сама надежда разрушена. Они не верят, что любовь случится в их жизни, если она не случилась в жизни их родителей. И они также видят других родителей, другие семьи. Дети очень восприимчивые, они продолжают смотреть вокруг и на-блюдать. Когда они видят, что нет возможности любви, они начинают чувствовать, что любовь только в поэзии, она существует только для поэтов, она призрачна и не является чем-то реальным в жизни. Если вам пришла в го-лову мысль, что любовь всего лишь поэзия, тогда она никогда не случится, потому что вы стали закрытыми для нее. Видеть, что она случается, это единственный способ позволить ей случится позже в вашей собственной жизни. Если вы видели, что ваш отец и ваша мать в глубокой любви, в огромной любви, заботятся друг о друге, относятся друг к другу с состраданием, с уважением — то вы видели, что любовь слуается. Возникает надежда. Семя падает в ваше сердце и начинает расти. Вы знаете, что это случится и с вами тоже.
Если вы не видели этого, как вы можете поверить, что это случится и с вами? Если это не произошло с вашими родителями, то как это может произойти с вами.Фактически, вы будете делать все, чтобы этого не случи-лось — иначе это будет выглядеть как предательство по отношению к вашим родителям. Вот мое наблюдение: "Смотри, мама, я страдаю также как ты страдала". Мальчики продолжают говорить себе позже "Папа, не беспо-койся, моя жизнь также несчастна, как и твоя. Я не обогнал тебя, я не предал тебя. Я остался тем же несчастным человеком, каким был и ты. Я влачу цепь по семейной традиции. Я твой представитель, папа, я не предал тебя. Я делаю тоже, что ты делал по отношению к моей матери — я делаю это по отношению к матери моих детей. А то, что ты делал со мной, я делаю с моими детьми. Я воспитываю их также, как ты воспитывал меня."
Каждое поколение продолжает передавать неврозы новым людям, которые пришли на Землю. И общество настаивает на всем этом сумасшествии, несчастье. Нет, сейчас нужно совсем другое. Человек повзрослел и семья это дело прошлого; она на самом деле не имеет будущего. Коммуна будет тем, что заменит семью, и она будет на-много более благотворной.
Но в коммуне могут быть вмете только медитативные люди. Только если вы знаете как праздновать жизнь, вы можете быть вместе; только если вы знаете это пространство, которое я называю медитацией, вы можете быть вместе, вы можете быть любящими. Старая чепуха о монополии на любовь должна быть отброшена, лишь тогда вы можете жить в коммуне. Если вы продолжаете тащить с собой старые идеи монополии — это ваша женщина, и она не должна держать еще чью-то руку и ваш муж не должен смеяться с кем-то еще — если вы носите в своей голове всю эту чепуху, тогда вы не можете быть частью коммуны.
Если ваш муж смеется с кем-то еще, это хорошо. Ваш муж смеется — это хорошо, не важно с кем это слу-чается. Смех — это хорошо, смех — это ценность. Если ваша женщина держит руку другого ... хорошо. Тепло струится, поток тепла — это хорошо, это ценность. С кем это случается — это не существенно. И если это случает-ся у твоей женщины со многими другими мужчинами, это будет случаться у нее с тобой тоже. Если это перестало случаться с кем-либо, тогда и с тобой тоже это не будет случаться. Все старые представления так глупы! Это все равно что говорить мужу, когда он идет куда-нибудь: "Не дыши больше нигде. Когда прийдешь домой можешь дышать сколько хочешь, ты можешь дышать лишь тогда, когда ты со мной. Вне дома задерживай дыхание, стань йогом. Я не хочу, чтобы ты дышал где-нибудь еще." Тут это кажется глупым. Но тогда почему же любовь не может быть подобна дыханию? Любовь дышит.
Дыхание это жизнь тела, а любовь — это жизнь души. Это гораздо более важно, чем дыхание. А вы же, когда ваш муж идет куда-то, вменяете ему в обязанность не смеяться с другими, по крайней мере, ни с какой дру-гой женщиной. Он не должен быть любящим с кем-то еще. Итак двадцать три часа он не любящий, потом в тече-нии одного часа он с вами в постели, он притворяется любящим. Вы убили его любовь. Она больше не течет. Если двадцать три часа он был йогом, сдерживал свою любовь, боялся, вы думаете он может неожиданно раслабиться на один час? Это невозможно. Вы разрушаете мужчину, и потом вы сыты по горло, вам скучно. Потом вы начинаете чувствовать: "Он не любит меня!" И это вы, которая довела его до этого. И потом он начинает чувствовать, что вы не любите его, и вы уже более не так счастливы как были раньше.
Когда люди встречаются на пляже, когда они встречаются в саду, когда они на свидании, ничто не опреде-лено, все текуче; оба очень счастливы. Почему? Потому что они свободны. Птица в полете — это одно, та же птица в клетке — это другое. Они счастливы, потому что они свободны.
Человек не может быть счастлив без свободы, а ваша старая семейная структура, разрушив свободу, она разрушила счастье, разрушила любовь. Это было чем-то вроде способа выживания. Да, она как-то защитила тело, но она разрушила душу. И теперь она не нужна. Нам нужно защищать и душу тоже. Это гораздо более существен-но, гораздо более важно.
Для семьи нет будущего, нет в том смысле, как она понималось до сегоднящнего дня. Будущее есть для любви и любовных взаимоотношений. "Муж" и "Жена" станут безобразными, грязными словами.
И когда бы вы не монополизировали женщину или мужчину, естественно вы монополизируете также и детей. Я полностью согласен с Томасом Гордоном. Он говорит,"Все родители — это птенциальные оскорбители детей, потому что основной способ воспитания детей — через силу и авторитет. Я думаю, что это гибельно, когда родители думают: "Это мой ребенок. Я могу делать со своим ребенком, что захочу". Это насильственно, это ги-бельно иметь такое представление: "Это мой ребенок и я делаю с ним все, что мне заблагорассудится. Ребенок это не вещь, не стул, не машина. Вы не можете делать с ним все, что хотите. Он приходит через вас, но он не принад-лежит вам. Он принадлежит Богу, существованию. Самое большое, что вы можете сделать — это заботится о нем, но не становитесь собственниками.
А вся идея семьи — это идея обладания, обладания собственностью, обладания женщиной, обладания мужчиной, обладания детьми — но обладание — это яд. Поэтому я против семьи. Но я не говорю, что те, кто дей-ствительно счастливы в своих семьях — текучие, живые, любящие — должны разрушать их. Нет, не нужно. Их семья — это уже коммуна, маленькая коммуна.
Конечно, большая коммуна будет гораздо лучше; с большими возможностями, с больши количеством лю-дей. Разные люди приносят разные песни, разные люди приносят разные стили жизни, разные люди приносят раз-ное дыхание, разное дуновение, разные люди приносят разные лучи света — дети будут купаться в лучах различ-ных стилей жизни, чем больше, тем лучше, и они могут выбирать, они могут иметь свободу выбора.
Их жизненный опыт должен обогатится знанием многих женщин, тогда они не будут одержимы лицом матери и ее стилем поведения. Они смогут любить намного больше женщин, намного больше мужчин. Жизнь бу-дет в большей степени приключением.

Я слышал ...
Мать, зайдя в универмаг повела сына в отдел игрушек. Мальчик увидел лошадь-качалку, он вскарабкался на нее и качался туда-сюда почти час. "Пойдем сын" умоляла мать."Мне нужно идти домой, чтобы приготовить отцу обед". Маленький мужчина отказывался пошевельнуться и все ее усилия были тщетны. Продавец также пы-тался уговаривать малыша, но безуспешно. В конце концов в отчаянии они позвали психиатра, работающего в ма-газине.
Он мягко подошел и шепнул несколько слов мальчику, и немедленно он спрыгнул с лошадки и побежал к матери.
"Как вы сделали это?"- спросила мать в изумлении. "Что вы сказали ему?"
Психиатр помялся минуту , а потом сказал: "Если ты не спрыгнешь с этой лошади-качалки сейчас же, сы-нок, я выбью из тебя все потроха".
Люди рано или поздно понимают, что страх работает, авторитет работает, сила работает. А дети так бес-помощны, они так зависимы от своих родителей, что вы можете заставить их бояться. Это становится вашей тех-никой их эксплуатации и угнетения, а им некуда идти.
В коммуне у них будет много мест куда пойти. У них будет много теть и дядь и много людей — они не будут так беспомощны. Они не будут только в ваших руках, как это происходит сейчас. У них будет больше неза-висимости, меньше беспомощности. Вы не сможете их удерживать так легко.
А все, что они видят дома, это несчастье. Иногда, да, я знаю, что между мужем и женой случается любовь, но это всегда без свидетелей. Дети не знают об этом.
Дети видят только безобразные лица, безобразную сторону. Когда мать и отец любят друг друга, они лю-бят за закрытыми дверями. Они сохраняют молчание, они никогда не позволяют детям видеть, что такое любовь. Дети видят только их конфликт — когда они ворчат, бьют друг друга, унижают друг друга. Все это происходит на глазах у детей.

Мужчина сидит в своей комнате и читает газету когда входит его жена и дает ему пощечину. "За что?" спрашивает негодующий муж.
"За то, что ты паршивый любовник".
Чуть позже муж входит в комнату, где жена сидит и смотрит телевизор и дает ей звонкую затрещину. "За что?" кричит она ему. На что он отвечает: "За то, что ты знаешь разницу".
Итак изо дня в день, дети продолжают наблюдать за всем этим. Неужели это жизнь? Неужели для этого она предназначена? Неужели это все что есть? Они начинают терять надежду. Прежде чем они вошли в эту жизнь они уже неудачники, они приняли неудачу. Если их родители, которые так мудры и так могущественны не преуспе-ли, то как они могут преуспеть. Какие для них есть надежды? Это невозможно.
И они учатся трюкам — трюкам как быть несчастными, трюкам как быть агрессивными. Дети никогда не видят как случается любовь. В коммуне у них будет больше возможностей. Любовь должна стать более открытой. Люди должны знать, что любовь случается. Маленькие дети должны знать, что любовь есть. Они должны видеть людей, любящих друг друга.
Вся идея состоит в том, что вы можете драться на людях, но вы не можете быть любящим на людях. Борь-ба — О’кей. Вы можете убивать, это позволено. Фактически если два человека деруться, толпа будет стоять и смотреть. И каждый будет наслаждаться этим. Так почему люди продолжают читать и наслаждаться историями убийств, виселицами, детективами.Убийство позволено, любовь не позволена. Если вы любите на людях, это счи-тается непристойным. Но это абсурд. Любовь неприлична, а убийство прилично? Любовники не могут быть любя-щими на людях, а генералы могут шагать перед людьми, выставляя на показ все свои медали — убийцы и эти ме-дали за убийство! Эти медали показывают сколько раз они убивали, как много людей они убили. Это прилично.
Но это не должно быть приличным. Никому не должно быть позволено драться на людях. Это не выходит за рамки приличия: насилие прилично. Почему любовь неприлична? Но считается что любовь не прилична. Вы должны прятаться в темноте. Вы должны заниматься любовью так, чтобы никто не знал. Вы должны заниматься этим так тихо, по-воровски — что естественно, вы не можете этим наслаждаться по настоящему. И люди не осоз-нают, что такое любовь. Особенно дети не имеют способа узнать, что такое любовь.
В лучшем мире с большим пониманием любовь будет полностью открытой. Дети увидят, что значит лю-бить. Дети увидят какую это приносит радость, когда вы любите кого-то. Вы видите как это происходит здесь. Вы видите маленького Сидхартху, который бережно с величайшей любовью держит руку девочки. Если они наблюда-ют они учатся этому. Если они знают, что это случается, их двери открыты.
Нужно больше принимать любовь и отвергать насилие. Любовь должна быть более доступна. Два человека занимающиеся любовью не должны волноваться о том, чтобы никто об этом не знал. Они должны смеяться, они должны петь, они должны кричать от радости, так чтобы все по соседству знали, что кто-то кого-то любит — кто-то занимается любовью.
Любовь должна быть даром. Любовь должна быть божественна. Она священна. Вы можете опубликовать книгу о том, как убили человека; это О’кей, это не порнография. Для меня, это порнография. Вы не можете опуб-ликовать книгу о мужчине, который держит женщину в глубоком, открытом обьятии — это порнография. Этот мир до сих пор против любви. Ваша семья против любви, ваше общество против любви, ваше государство против люб-ви. И это чудо, что осталось еще немного любви, невероятно, что любовь еще продолжается — правда не такая, какой она должна быть, потому что это лишь маленькая капля, а не океан — но то, что она выжила среди стольких врагов — это чудо. Чудо, что она полностью не исчезла. Мое видение коммуны — это любящие люди живущие вместе, без антогонизма по отношению друг к другу, без конкуренции друг с другом, с любовью, которая течет, которая более доступна, без ревности и без обладания. И дети будут принадлежать всем, потому что они принадле-жат Богу — каждый будет заботится о них. А они такие прекрасные, эти дети, кто же не будет заботится о них. И у них так много возможностей, чтобы видеть так много любящих людей, ведь каждый человек любит по своему, ка-ждая женщина любит по своему, позвольте детям видеть, играть, наслаждаться. Когда родители за- нимаются лю-бовью, позвольте им быть там, позвольте им быть частью этого. Позвольте им видеть, что происходит с их мате-рью, когда она занимается любовью — каким экстатичным становится ее лицо, какое сияние нисходит на ее лицо, как ее глаза закрываются и она идет глубоко в себя; как оргазм приходит к их отцу, как он кричит от радости. Пусть дети знают! Позвольте детям видеть многих любящих людей. Они станут более богатыми. И я говорю вам, что если такие дети будут жить в мире, никто из них не будет читать Плейбой. В этом не будет необходимости. Картинки с обнаженными исчезнут. Они просто показывают изголодавшийся секс, изголодавшуюся любовь.
Мир станет почти не сексуальным, но он будет таким любящим. Ваши священник и полицейский создали всевозможные виды непристойности в мире. Они источник всего, что является таким безобразным. И ваша семья сыграла в этом большую роль. Семье нужно исчезнуть. Она должна растворится в более широком видении комму-ны, в жизни более текучей, где не будет места мелким идентификациям.


Количество просмотров: 2559

Что ещё смотрели люди, читавшие данную статью:
Ошо - Золотые самоpодки 3часть [2253]
Ошо В поисках Чудесного. Чакры, кундалини и семь тел 9часть [2999]
Ошо В поисках Чудесного. Чакры, кундалини и семь тел 3часть [3203]
Ошо В поисках Чудесного. Чакры, кундалини и семь тел 7часть [3779]
Ошо В поисках Чудесного. Чакры, кундалини и семь тел 4часть [2714]

Ключевые слова для данной страницы: ОШО - Новый ребенок 2часть


Библиотека сайта © ezoterik.org 2011